Виктор Степанович Черномырдин: Н - Э

  • написал: kmtd
  • 300
Черномырдин, Виктор Степанович (1938—2010) — российский хозяйственный и государственный деятель, премьер-министр России в 1992—1998 годах. Посол России на Украине в 2001—2009 годах.

Виктор Степанович Черномырдин

Н

На любом языке я умею говорить со всеми, но этим инструментом я стараюсь не пользоваться.
На ноги встанем — на другое ляжем.
Надеюсь и дальше укрепить надежную двустороннюю связь, которую давно кое-кому пора наладить, а не так чтобы…
Надо всем лечь на это и получить то, что мы должны иметь.
Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся.
Надо же думать, что понимать.
Надо контролировать, кому давать, а кому не давать. Почему мы вдруг решили, что каждый может иметь?
Нам в жизни повезло, что это, по сути дела, историческое время выпало на нашу долю. Радуйтесь!
Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.
Нам никто не мешает перевыполнять наши законы.
Напугали бабу туфлями. С приличным каблуком. Меня это не волнует[4]. (О своей работе послом России на Украине).
Народ пожил — и будет!
Наш президент — он уже, по-моему, лет пять или десять денег в глаза не видел. Он даже не знает, какие у нас деньги.
Наша непосредственная задача сегодня — определиться, где мы сегодня вместе с вами находимся.
Не всё то, что я сказал, всем это, все могут об этом говорить. Даже об этом люди и то не все говорят. Не дошёл я ещё до главного.
Не надо народ ставить в безвыходное положение. Он и так уже давно там.
Не надо умалять свою роль и свою значимость. Это не значит, что нужно раздуваться здесь и, как говорят, тут махать, размахивать кое-чем.
Не только противодействовать, а будем отстаивать это, чтобы этого не допустить.
Некоторые принципы, которые раньше были принципиальны, на самом деле были непринципиальны.
Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче.
Ни одна страна, кстати, в расплывчатом состоянии не встала с колен. Проводя расплывчатую политику. Я как раз за революционный здесь подход.
Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал? (Свежеиспечённый депутат Черномырдин на встрече с журналистами в Госдуме 18 января 2000 года).
Никакой войны не было. Были одни вопросы.
Но если говорить о сегодняшнем заседании, то я дал бы, конечно, удовлетворительную оценку. Я других оценок вообще не знаю.
Но мы подсчитаем, и тогда все узнают. И мы в первую очередь. А если кто слишком умный, пусть сам считает, а мы потом проверим. И доложим куда попало.
Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.
Но я не хочу здесь всё так, наскоком: сегодня с одним обнялся, завтра с другим, потом опять — и пошло-поехало. Да, так и до панели недалеко…
Ну столько грязи, столько выдумки, столько извращений отдельных политиков! Это не политики, это… Не хочется мне называть, а то сейчас зарыдают сразу.
Ну что нам с ним объединять? У него кепка, а я вообще ничего не ношу пока. (О Лужкове).
Ну, кто меня может заменить? Убью сразу… Извините.
Ну, не дай бог нам ещё кого-то. Хватит. От этих тошнит от всех. Наших людей, я так понимаю. И вас тоже, наверное. Я же вижу по глазам, вас же тошнит.

О

Обвиняют в чём? В коррупции? Кого? Меня? Кто? США? Чего они там вдруг проснулись?
Отродясь такого не бывало, и опять то же самое. (Получило распространение в виде «Никогда такого не было, и вот опять.» )

П

Переживём трудности. Мы не такие в России, россияне, чтобы не пережить. И знаем, что и как надо делать.
Позиция меняется у таких людей, значит, оттого, кто где находится и кто чего какой пост занимает.
Посты вице-премьерские в такое время, как наше, — это всё равно, что столб, на котором написано: «Влезешь — убьёт!»
Правильно или неправильно — это вопрос философский.
Правительство — это не тот орган, где, как многие думают, можно только языком.
Правительство — это такой сложный организм, если его постоянно менять, тасовать — только худший будет результат. Я это знаю, это была моя работа.
Правительство обвиняют в монетаризме. Признаю — грешны, занимаемся. Но плохо.
Правительство поддерживать надо, а мы его по рукам, по рукам, всё по рукам. Ещё норовим не только по рукам, но ещё куда-то. Как говорил Чехов.
Представлять Анатолия Борисовича нет необходимости. Все его знают, кто не знает — узнает. (О Чубайсе).
Президент показал и ещё покажет.
При мне бывало и хуже, но не до такой же степени! (О шахтерских забастовках при Кириенко).
Прогнозирование — чрезвычайно сложная вещь, особенно когда речь идёт о будущем.
Произносить слова мы научились. Теперь бы научиться считать деньги.
Пусть это будет естественный отбор, но ускоренно и заботливо направляемый. (Об увольнениях членов правительства).

Р

Работающий президент и работающее правительство — так это ж песня может получиться.
Рельсы мы за шесть лет проложили, теперь дело за локомотивом. И чтобы рулевой был… с головой. Чтобы не вагоны им двигали, а он их тащил.
Реформы в России — это не автомобиль. Захотел — остановился, захотел — вновь сел и поехал! Так не бывает!
Россия со временем должна стать еврочленом.
Россия — страна сезонная. (О посевной кампании).
Россия — это континент, и нам нельзя тут нас упрекать в чём-то. А то нас одни отлучают от Европы, вот, и Европа объединяется и ведёт там какие-то разговоры. Российско-европейская часть — она больше всей Европы вместе взятая в разы! Чего это нас отлучают?! Европа — это наш дом, между прочим, а не тех, кто это пытается всё это создать и нагнетает. Бесполезно это.
Рубль при мне обвалился? Вы что, ребята? Когда ж вы это успели всё? Наделали, значит, тут кто-то чего-то, теперь я и рубль ещё обвалил! (О кризисе 1998 года).

С

С налоговым сюрреализмом надо кончать.
Сегодня мировая система финансовая понимает, что происходит в России, и не очень хочет, чтобы здесь было… ну, я не хочу это слово употреблять, которым я обычно пользуюсь.
Сегодня ничего, завтра ничего, а потом спохватились — и вчера, оказывается, ничего.
Сегодня оказался там, завтра окажется ещё в одном месте…
Сейчас историки пытаются преподнести, что в тысяча пятьсот каком-то году что-то там было. Да не было ничего! Все это происки!
Сейчас любой повод… любой повод — сразу прокремлевская рука. Чё к этим рукам привязались? Никакие мы руки никуда не протягиваем, протягиваем только с добром. И с помощью.
Сейчас там что-то много стало таких желающих всё что-то возбуждать. Всё у них возбуждается там. Вдруг тоже проснулись. Возбудились. Пусть возбуждаются.
Секс — это тоже форма движения.
Сказано — сделано. Не понял — переспроси. Не понял с первого раза — переспроси ещё раз. Но выполняй. Не можешь — доложи, почему не выполняешь, по какой причине. Другого от вас ничего не требуется.
Слышите, что ждут от нас? С-300. Это мы знаем, что это такое. Это не дай бог. Сегодня С-300. А завтра давай другое. А послезавтра третье. Вот это что такое. (О балканском конфликте).
Страна не знает, что ест правительство.
Страна у нас — хватит ей вприпрыжку заниматься прыганьем.

Т

То, что там заявляют вот те, кого вы называете, я их даже не хочу называть этим словом, — их не должно быть там.
Трагедия на Балканах. И поехать, увидеть и сразу получить по заслугам — я далёк от этого. Просто далёк.

У

У меня к русскому языку вопросов нет.
У меня приблизительно два сына.
У нас ведь беда не в том, чтобы объединиться, а в том, кто главный.
У нас ещё есть люди, которые очень плохо живут. Мы это видим, ездим, слышим, читаем.
У нас какой-то, где-то мы чего-то там, сзади всё чего-то побаиваемся.
— Успеваете ли вы заметить красивых женщин?
— Успеваю. Но только заметить. Ничего больше. О чём горько сожалею.
Умный нашёлся! Войну ему объявить! Лаптями! Его! Тоже! И это! Сразу как это всё! А что он знает вообще! И кто он такой! Ещё куда-то и лезет, я извиняюсь. (О предложении Зюганова объявить войну НАТО).
Учителя и врачи хотят есть практически каждый день!

Х

Хотели как лучше, а получилось как всегда. (На пресс-конференции от 6 августа 1993 года по поводу денежной реформы июля—августа 1993 года).
Хочу глубоко поблагодарить за выраженное доверие по поводу назначить меня послом на нашего соседского брата Республики Украины.

Ц

Цены нужно поднимать, вы видите как: стоит Чубайсу только рот открыть, ему тут же сразу насуют, будьте любезны.

Ч

Чем мы провинились перед Богом, Аллахом и другими?
Черномырдину пришить ничего невозможно.
Что говорить о Черномырдине и обо мне?
Что ни делаем, получается КПСС либо автомат Калашникова.
Что я буду втёмную лезть. Я ещё от светлого не отошёл.

Э

Экономике нужен кислород. Как раз наоборот. Это не кислород. Один раз дыхнёшь, а потом только останется дрыгнуть. Ногами.
Эти выборы обернулись для нас тяжёлым испытанием. Это никогда больше не должно повториться.
Эти там, те тут, а тех до сих пор никто ни разу… А они, вот они где уже у меня. А народ, он ведь всё чувствует. И украинский, может, ещё лучше других.
Это не тот орган, который готов к любви.
Это отрезвило кое-кого, в том числе и там, кого и напугало, далеко не просто.
Этот вопрос ни один Черномырдин сам с собой не обсуждал, у меня и прав таких не было.
Этот призрак… бродит где-то там, в Европе, а у нас почему-то останавливается. Хватит нам бродячих.
  • 300

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.